Навигация
Главная
Экономика
Политика
Общественная жизнь
Культура
Назначения
Поздравляем
_________________________
Архив


Статистика посещений
mod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_counter
mod_vvisit_counterЗа сегодня43
mod_vvisit_counterЗа вчера1582
mod_vvisit_counterЗа неделю4634
mod_vvisit_counterЗа месяц11732
mod_vvisit_counterВсего3173587
 
Главная arrow Новости arrow Что ждет дзержинские «заброшки»?
Что ждет дзержинские «заброшки»? Печать Отправить на e-mail
Автор: Редакция   
12.02.2020

Дзержинские журналисты и общественники и так и сяк подступаются к теме заброшенных зданий, а также «общаг», где вопреки всем законам цивилизации продолжают проживать граждане, которым в жизни, так скажем, не повезло.

Предлагаемая статья из газеты «Репортер и время» - о том же.


«Репортер» еще осенью прошлого года в своем письменном запросе задал этот вопрос чиновникам. Ответ пришел совсем недавно, но не ответил на вопрос. Да, иногда так бывает.

«Заброшки» - так на молодежном сленге называются здания, оказавшиеся ненужными людям, ветшающие год от года, некоторые - до состояния руин. Наверное, в каждом российском городе есть такие развалины. Но в небольшом Дзержинске их за последнее десятилетие стало уж как-то слишком много - десятка полтора-два, не меньше. И это без учета жутких «заброшек», которыми усеяны территории промышленных предприятий, бывших и еще подающих признаки жизни.


Некрасиво и опасно

Примечательно, что большинство городских зданий-призраков «украшают» собой старую часть города - по правде говоря, единственно ценное, что есть в архитектуре Дзержинска. К сожалению, многое из наследия талантливого архитектора Алексея Кусакина из-за облезлых и осыпающихся фасадов потеряло свой шик и вызывает теперь не столько восторг, сколько депрессию. А тут еще и эти зияющие пустыми окнами ветхие постройки, которые еще больше усиливают ощущение апокалипсиса, накрывшего отдельно взятый город.

Пожалуй, единственные, кто испытывает совершенно противоположные чувства при виде таких развалюх, так это юные сталкеры: для них чем страшнее здание, тем даже лучше. Еще лет пять назад в соцсетях было полно групп, где подростки обменивались адресами «заброшек» и в подтверждение своей «крутости» выкладывали фото и видео из самых недр заброшенного мира. Не знаю, насколько сейчас популярно у подрастающего поколения это исследовательское движение, но еще по осени я самолично видела двух девочек лет десяти-одиннадцати, вылезающих через разбитую дверь из бывшего профилактория, что на улице Маяковского, 30. А сколько раз приходилось гонять беспризорную ребятню из сгоревшего здания детской автошколы в парке «Радуга», и не счесть. И в продолжение темы: в начале декабря, если помните, с разницей в один день горели старый госпиталь на ул. Клюквина и аварийный дом на ул. Черняховского. Вот и выходит, что уродство, которое привносят позабытые-позаброшенные здания во внешний облик города, - это ерунда по сравнению с опасностью, которую они собой представляют, и прежде всего - для детей. Ясно, что с этим надо что-то делать, не растягивая на десятилетия.


Напрасные ожидания

Еще в середине ноября минувшего года «Репортер», желая выяснить планы городской администрации в отношении «заброшек», отправил в пресс-службу мэрии запрос. В положенный по закону семидневный срок ответа не последовало. Но мы его все же ждали. И ждали неприлично долго, постоянно напоминая о нашем вопроснике и не теряя надежды получить от чиновников комментарии. И вот сразу после новогодних каникул информация нам все же была предоставлена, то есть спустя два месяца после нашего обращения в мэрию.

Почему столько времени гулял наш запрос по коридорам власти, судить не беремся. Заметим лишь, что за это время можно было не только собрать нужную информацию, но и успеть выработать стратегию дальнейших действий, если ее до этого не было совсем! Если так, то мы очень рады, что подсказали приезжим чиновникам, на что в нашем родном городе надо обратить их хозяйственный взор. Если же они раньше нашего озаботились проблемой заброшенных зданий, то команда «Репортера» вдвойне счастлива, что своим запросом мы вытащили на свет божий эту важную тему и дали градоначальникам возможность поведать горожанам о проделанной работе. Кстати, они ей воспользовались: за пару дней до того, как мы получили долгожданный ответ на наши вопросы, «заброшки» вдруг неожиданно стали героями и телесюжетов, и постов в соцсетях, а в них - достижения городской администрации в деле борьбы за красоту и безопасность города.

А вот наше долготерпение, признаться, не было вознаграждено сполна: в отличие от бравых сюжетов и радужных постов, в ответе администрации на наш запрос, как его ни крути, с какой стороны ни зайди, не прослеживается четкого плана действий в отношении ветхих зданий. А ведь именно этот вопрос был самым главным в нашем вопроснике! Мы спрашиваем чиновников о том, что они дальше собираются с «заброшками» делать в целом и в частности, а в ответ получаем информацию о том, в чьей собственности находится тот или иной разрушающийся объект. И только в отношении одного заброшенного здания дано разъяснение: бывший госпиталь на улице Клюквина город сейчас принимает в муниципальную собственность, после чего он будет снесен, а на его месте со временем построят новый корпус для школы № 10. Ну хоть что-то.


Уж не поскромничали ли?

Главный тезис в ответе администрации таков: некоторые здания, например на ул. Гайдара, 10 (бывший интернат), ул. Маяковского, 30 (бывший профилакторий), ул. Грибоедова, 9 (бывшее общежитие педколледжа), находятся в федеральной или областной собственности, «соответственно администрация города не имеет законных оснований и полномочий по пользованию и распоряжению данным имуществом». И что из этого следует? Оставить все как есть? Об этом в бумаге из администрации - ни слова, ни полслова.

К примеру, в крымской Евпатории, где мне довелось прожить полгода, местные власти настойчиво вели переговоры с вышестоящими органами о передаче из государственной собственности в муниципальную Дома пионеров, строительство которого началось еще при советской власти, а при украинской было заморожено. Спустя тридцатилетие недострой, который местные прозвали Пентагоном, хоть и не рухнул, но все же стал непригоден для более достойного применения, чем пристанище наркоманов и бомжей. И с целью его сноса, а затем дальнейшего использования освободившегося земельного участка для нужд города евпаторийские начальники и затеяли перевод земель из одного вида в другой. Не исключаем, что и наши городские власти ведут подобные переговоры с собственниками «заброшек». Более того, местные чиновники, кажется, даже где-то заявляли об этом, только вот почему-то не сочли нужным поделиться столь замечательной во всех отношениях новостью в своем ответе «Репортеру». Уж не поскромничали ли?

Да и о принадлежащих муниципалитету развалинах почему-то поведали в двух словах: сообщили, что бывшая инфекционная больница на ул. Пирогова, 4 дважды выставлялась на торги, но никого не заинтересовала, а под трамвайной диспетчерской на ул. Красноармейской, 36 сейчас формируется земельный участок, после чего и будет определена судьба этой «избушки на курьих ножках».

А ведь в Дзержинске есть и другие муниципальные здания и помещения, не используемые городом в хозяйственных целях. Те из них, что признаны аварийными, можно было бы снести, а более крепкие объекты восстановить и сдать в аренду или безвозмездно передать в пользование социальным учреждениям. Одним словом, пресечь бесхозяйственность, а заодно привести город к его девяностолетию в приличествующий событию вид. Может, даже именно это и собирается сделать администрация, только вот опять из скромности умолчала о своих планах в ответе нашему изданию?


Может, поговорим?

Совершенно очевидно, что вся эта недосказанность и тягомотина - результат общения власти со СМИ посредством пресловутых запросов-ответов. Эта переписка - все равно что диалог глухого с немым.

Если еще несколько лет назад чиновникам хотя бы руководящего звена дозволялось общаться с журналистами и самим решать, что годится для публичного освещения, а что нет, то теперь и к ним невозможно подступиться. Причем даже с безобидным вопросом - только через пресс-службу и только в эпистолярном жанре. Никаких прямых контактов! Вместе с этим живым общением канули в Лету и еженедельные «часы прессы», где дзержинские журналисты могли задать первым лицам города любые, даже самые неудобные вопросы. И чиновники, надо сказать, пусть и не любили, но все же терпели эти лобовые атаки, не прятались от пишущей и снимающей братии за широкой грудью пресс-службы.

В нашем ли маленьком городке, где чуть ли не все друг друга знают лично или через родственников, друзей, знакомых, возводить такие заслоны?! В Дзержинске ли, где любая новость перестает быть таковой через полчаса, городить огород? Может, наконец-то покончим с перепиской и начнем разговаривать? Ведь только в живом диалоге со специалистом можно получить без двухмесячной просрочки исчерпывающую информацию первой свежести, которая представляет важность для дзержинцев. Ведь и мы, и городские власти в конечном итоге работаем для них, для наших горожан. Не так ли?


Елена СЕРОВА

«Репортер и время»

06.02.2020


P.S. Именно с этого номера «Репортер» стал выходить на 20 страницах. И еще одно важное событие в жизни издания: ему исполнилось 20 лет.

 
< Пред.   След. >
 
 
-->
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования © ООО "Агентство "А", 2006
april@april-dz.ru